Власти Казахстана намерены заняться этнической чисткой титульного населения?

Министерство труда и социальной защиты Казахстана подготовило дополнение в постановление правительства от 18 февраля 2017 года «Некоторые вопросы Министерства труда и социальной защиты населения Республики Казахстан», сообщает Zakon.kz.

В частности, в Положение о Министерстве труда и социальной защиты населения добавляется новая функция: «разработка и утверждение правил определения принадлежности к казахской национальности лиц, претендующих на получение статуса кандаса и гражданства РК в упрощённом (регистрационном) порядке, в случае отсутствия соответствующей записи в документах, удостоверяющих личность, а также в других документах, подтверждающих национальность претендентов».

Документ размещен на сайте «Открытые НПА» для публичного обсуждения до 10 июня.

Ранее сообщалось, что в Казахстане ввели новые основания для отказа в приеме в гражданство. Речь идет о Законе «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам совершенствования законодательства в сферах миграции населения и уголовно-исполнительной системы», которым в Закон «О гражданстве» вводятся и уточняются основания для отказа в приеме в гражданство. Документ предусматривает проверку знания казахского языка претендентом.

Не сообщается, каким образом Министерство труда и социальной защиты будет определять годность или не годность претендента на получении казахстанского гражданства, если у того нет документов, подтверждающих, что он действительно этнический казах.

В старые стародавние времена запорожцы принимали в свои ряды в упрощенном порядке:

– Водку пьёшь? В Бога веруешь? Перекрестись!

То, кто правильно прошел сей триединый тест, становился полноправным запорожцем.

Раздача казахстанского гражданства по упрощенной, но, само собой, несколько иной методике, в течение десятилетий, привела к тому, что республику наводнило огромное количество этнических казахов, которые зачастую не знали даже казахского языка, но требовали для себя высокооплачиваемой работы, желательно в нефтеносной Мангистуской области.

В июле 2022 года в ходе очередного заседания правительства президент Токаев подверг внутреннюю миграционную политику в Мангистауской области жёсткой критике: По итогам заседания Токаев велел правительству разработать «пути мобилизации внутренних экономических ресурсов» и пересмотреть программу переселения в другие регионы. Соотечественникам-«кандасам»– переселяющимся в Казахстан этническим казахам из-за рубежа, известным также как оралманы, президент предложил не ограничиваться только Мангистауской областью, выбирая места проживания также в других регионах.

Руководство республики всегда гордилось тем, что более миллиона кандасов («сокровников») – этнических казахов, переселяющихся из-за рубежа — обосновалось в стране за 30 лет независимости. Но одновременно с этим оно, называя их кандасами, по сути, ограничивало их в правах, заставляя чувствовать себя «в гостях» на собственной исторической родине.

Это способствовало стигматизации кандасов в глазах общества, как людей, неравных казахстанцам.

Наименование этой социальной группы хоть и менялось, но всегда стигматизировало ее. Оно закрепляло за переселившимися определенную идентичность, не тождественную остальным казахстанцам. До 2019 года их называли «оралманами» («возвращенцами»). Ничего не поменялось и с введением нового названия – кандасы. «В Китае мы были людьми, казахами, а тут мы стали оралманами», − рассказывал журналистам один из них.

«Этот конфликт рискует перерасти в противостояние между одинаково бедными слоями общества. Кандасы в Алма-Атинской области говорили, что они буквально выживают. Дома и помощь в трудоустройстве выделяются переезжающим в северные области, где предусмотрена квота, но туда едет меньшинство. Более того, иногда им не обеспечивают базовых условий, фактически бросая их на голой земле. К тому же кандасы сталкиваются с языковой дискриминацией, так как часть из них не владеет русским языком и кириллическим алфавитом казахского», – пишет Vlast.kz.

Формулировки, дискриминирующие кандасов, исходили не только от государства, но и от представителей элиты. Тимур Кулибаев, в свое время один из самых богатых и влиятельных людей в Казахстане, публично заявлял, что протесты нефтяников в Жанаозене в 2011 году возглавляли «оралманы».

Токаев в 2019 году предложил употреблять слово «кандас» вместо «оралман». Но на деле казахстанские власти использует кандасов для своих экономических и политических целей, игнорируя их статус как носителей казахской культуры и граждан Казахстана.

Ну и куда бедному кандасу, податься? Скорее всего, путь изгнанных из казахстанского Эльдорадо социальных маргиналов будет лежать в мигрантские гетто, окружающие Алма-Ату и Астану (именуемые «поясами шахида), возникшие после того, как независимый Казахстан стал сырьевым придатком западных нефтегазовых корпораций. Только в алма-атинском «поясе шахида» в настоящее время влачат жалкое существование около миллиона безработных низкоквалифицированных «пролетариев Великой степи».

Переселившиеся в последние месяцы из Китая в Казахстан казахи жалуются на невозможность получить гражданство. Проблема в том, что Астана требует апостилированных Пекином документов. За ними нужно возвращаться в Китай, как правило в Синьцзян. Репатрианты боятся, что не смогут выбраться из этого региона, где их никто не ждет обратно.

Оказавшись на обочине казахстанского социума, кандасы стали своего рода изолированной кастой со своим укладом, принципами и понятиями, нередко агрессивно настроенной, активно ретранслирующей и даже насильно насаждающей свои правила в своей среде, что все чаще выливается в крупноформатные социальные конфликты, создавая серьезные риски социального хаоса.

Очевидно, что большинство кандасов полагало, что этническая принадлежность в казахскому народу станет для них путевкой в новую, более обеспеченную жизнь, а позиционирование в качестве истинных хранителей национальных традиций, культуры и языка обеспечит всеобщий почет и уважение.

На деле же им пришлось столкнуться с осознанием того, что имеющиеся у них стартовые условия не вписываются в существующие на их исторической родине социально-экономические и социокультурные реалии. Для того чтобы сыто есть, сладко спать и купаться в лучах всеобщего к себе уважения, к казахским генам должны прилагаться профессиональные навыки и компетенции, а еще лучше – хорошее образование и востребованная профессия.

Безусловно, среди репатриантов немало тех, кто смог по возвращении в Казахстан сделать карьеру. Но таковых по статистике не более 10 процентов от числа всех вернувшихся в родные пенаты кандасов. Основная доля переселившихся в Казахстан этнических казахов трудоспособного возраста имеет за плечами только школьный багаж знаний. Среднее специальное образование в анамнезе лишь у пятой части переселенцев, порядка 10 процентов репатриантов и вовсе не имеют вообще никакого образования.

По сути, за довольно короткое по историческим меркам время страна, объявившая о намерении взрастить качественный человеческий капитал, получила более около миллиона новых граждан трудоспособного возраста с иной ментальностью, низким образовательным уровнем, не имеющих точек опоры для полноценного и эффективного развития, самореализации, материального обеспечения собственных семей.

Если проанализировать государственные программы развития и многочисленные концепции, касающиеся тех или иных аспектов государственной миграционной политики, то становится понятным, что изначально авторы идея воссоединения казахского этноса прекрасно осознавали сопутствующие этому процессу риски и угрозы.

Поэтому еще 30 лет назад кандасам отводилась роль двигателя сельскохозяйственной отрасли, причем преимущественно на севере и востоке страны. Квоты для переселения репатриантов в эти регионы предусматривали для них значительные преференции как в плане упрощенного оформления документов, так и предоставления вполне конкретных социальных благ – жилья, земли, подъемных.

Но кандасам хочется в Жанаозен, где высокие зарплаты, которых им в других регионах не видать.

Затянувшаяся социальная депрессия в среде кандасов по причине отсутствия авторитетов все чаще приобретает агрессивные формы. О том, что рано или поздно будет именно так, еще в середине нулевых предупреждали исследователи проблем возвращения казахов на историческую родину Центра социальных технологий, говорившие о том, что «через сравнительно короткий срок государство может получить дополнительную армию малоприспособленных к жизни людей. Они будут вынуждены занимать нишу тяжелой, низкоквалифицированной, малооплачиваемой работы, что в свою очередь приведет к люмпенизации, сокращению продолжительности жизни, росту болезней и росту преступности».

Таким образом, реально проводимая в Казахстане политика замена коренных жителей «нетитульной» национальности этническими казахами привела лишь к обострению из без того серьёзных кризисных трендов.

Как выйти из этого социального тупика, в Ак-Орде, похоже, не знают. Как видно, простая истина, что курс на национализм в многонациональном государстве никогда не доводил до добра, пока еще не дошла до сознания строителей так называемого «Нового Казахстана».

Нельзя исключить, что, осознав, что дальнейшее привлечение этнических казахов из-за рубежа лишь еще более накалит социальную атмосферу в республике, новым кандидатам в кандасы постараются доказать, что они не такие уж казахи, как им это кажется.

Власти республики тем самым встают на путь этнической чистки этических казахов, желающих вернуться на историческую родину.

Автор: Владимир Прохватилов

Источник: https://vpoanalytics.com/sobytiya-i-kommentarii/v-kazakhstane-namereny-zanyatsya-etnicheskoy-chistko...

Фото с сайта vpoanalytics

• email
• facebook
• twitter

Возврат к списку